Как искали утонувших рыбинспекторов
Несчастье случилось в четыре-пять утра 7 мая. Сотрудники «Черниговрыбохраны» вместе со своим информатором поплыли ловить браконьеров. Сергей Ревко вроде бы указал место, где незаконно установлены сетки. Всего в моторной лодке было четыре человека: Остапенко, Ревко, а также жители Сибережи Репкинского района, рыбинспектора — 38-летний Александр Чередниченко и 34-летний Олег Крутько. Все без спасательных жилетов. Лодка наткнулась на корягу, и пассажиры вылетели из плавсредства. Два человека спаслись и самостоятельно доплыли до берега, двое и лодка пошли на дно.
14 мая утром в дежурную часть МЧС поступил звонок: возле Переправы (район Бобровицы в Чернигове) всплыло тело. Спасатели, рыбинспектора и речная милиция выехали. В 11.00 все три службы трудились за банным комплексом «Княжий град». На берегу лежало бездыханное тело в камуфляжной форме. 42-летний Александр Приходько, главный государственный инспектор «Черниговрыбохраны», на 99 процентов был уверен, что это утонувший Сергей Ревко.
При жизни Приходько знал утонувшего.
Тело Сергея от теплой воды (а в этот день температура в Десне достигла 21 градуса) раздулось. Вокруг него кружит мошкара. Кожа на лице грязно-зеленого цвета с красными кровоподтеками от лопнувших сосудов. Белые кисти рук широко разбросаны в стороны. В кармане штанов просматривается предмет, похожий на мобильный телефон. Ноги покойного остались в черных носках.
— Сапоги или течением снесло, или сам снял в надежде выплыть, — предполагают спасатели.
По берегу Десны разносился терпкий трупный запах. Вокруг лица, через рот, обмотана веревка. Второй ее конец привязан к моторной лодке. Так тело тянули к берегу.
— Кто привязывал?
— Я, — смущается 27-летний Максим Сапон, старший сержант милиции, инспектор патрульной службы линейного отделения в речном порту Чернигов УМВД Украины в Черниговской области.
Через полчаса лицо Ревко начинает чернеть. Неприятный запах становится еще насыщенней.
— Было около десяти утра, — рассказывает 29-летний Михаил Петренко, инспектор общественной безопасности линейного отделения в речном порту Чернигов УМВД Украины в Черниговской области. — Заметили крупный объект на воде. Посмотрели в бинокль — тело.
Владислав Остапенко всплыл 15 мая в 12,25. И тоже в районе «Золотого пляжа». Лодку еще не нашли.
«Владик, Вла-а-адик, сыночек!»
8 мая, 11 утра. На берегу Десны за Ульяновкой водолазы, МЧСники, речная милиция, рыбинспекция. Четыре лодки плавали вокруг острова на Десне, где, по версии спасшихся, и случилось несчастье. Однако поисковики не особо верили словам Чередниченко и Крутько. Как и в возможность быстро найти тела утонувших. Говорили, что дней через пять-семь их обнаружат под Киевом.
По берегу Десны бродили растерянные родственники Остапенко.
— Владик, Вла-а-адик, сыночек,— надрывно звала мать, 56-летняя Валентина Остапенко. — Где ты, сынок?
Психолог Анна ЧАЛОВА не отходила от матери утонувшего ни на минуту. Она успокаивала женщину. Пыталась отвлечь, рассказывала о ходе поисков. 29-летняя сестра покойного Алена с надеждой всматривалась в даль реки. Она молча сидела на берегу, подперев голову руками и тихо размазывала потекшую по лицу тушь.
— Алена, какого года рождения ваша мама? — обращается к молодой женщине психолог.
— Я, я.., — растерянно бормочет. — Я сейчас не знаю...
Держался только отец Владислава, 58-летний Николай Остапенко, директор Замглайского дома культуры. Когда спасатели предложили запустить икону на воду, чтобы Десна быстрей отдала тела, он согласился и начал торопить жену, мол, поехали купим. Существует поверье, что если запустить икону на воду, то она остановится там, где лежит утонувший. Остапенки уехали около часа дня. Алена осталась на берегу. Через пару часов у нее началась истерика:
— Мам, они его больше не будут искать! Никому он не нужен, — кричала она в трубку мобильного телефона, когда у водолазов закончился кислород и они поехали заправлять баллоны.
А в это время по берегу разнесся ароматный запах шашлыка. Неподалеку его мирно готовили парень и две девушки.
— Вы знаете, что здесь произошло?
— Теперь уже да. Вообще-то на шашлык приехали, время и место неудачные выбрали, — отвечают. — Но раз приехали из Чернигова, то не возвращаться же с мясом домой.
Остапенки к месту поиска вернулись ближе к трем часам дня. С двумя иконами Божьей Матери. К тому времени они уже успели побывать и у черниговского городского головы Александра Соколова, и у губернатора области Владимира Хоменко. Просили, чтобы велись активные поиски их сына.
— У меня уже сил нет! Я всю прошлую ночь не спала. А ведь мне даже не сообщили о произошедшем, — говорит Валентина Остапенко. — Я спокойно была дома в Замглае. 7 мая после обеда у меня зазвонил телефон. И добрый человек сказал: «Следите за своим сыном». Почувствовав плохое, я начала набирать Владика на мобильный. Он не отвечал. Поехала в Чернигов. Мне с горем пополам удалось узнать правду. Я начала звонить во все колокола, стучать во все двери. Ночевала, как бомж, на улице, под воротами МЧС. Стучала в них и просила начать поиски сына (Сотрудники МЧС и водолазы, согласно правилам техники безопасности, имеют право искать утопленников только в светлое время суток. — Авт.). Сейчас прошу одного — чтобы подключили спасателей из Киева. Но меня никто не слышит.
Пускать икону на воду решился отец Николай Михайлович. Мужчина нервно ходил около лодки, то и дело рассматривая изображения святых на картонках.
— А какую молитву читать? Ту, что сзади иконы написана? — спрашивал он у одевающего на него спасательный жилет МЧСника.
— Не надо ту, что написана,— участливо хлопает по спине спасатель. — Молитесь так, как умеете, проговаривайте то,что на сердце.
Вместе с двумя спасателями Остапенко сел в моторную лодку и поплыл молиться. Следом поплыла еще одна лодка, для страховки.
Однако иконы не остановились, тела не нашли. Даже 14 мая родня Влада по-прежнему ждала его на берегу Десны в Ульяновке.
«Сашу и Олега спас Бог»
— Олег с детства к вере близко, — говорит мать выжившего Нина Крутько. — Саша Чередниченко в том году не постился, а мой Олег — каждый год. И друга подбил. Я узнала о случившемся восьмого мая вечером. Девятого сын должен был приехать, помочь картошку садить. Позвонил вечером восьмого, где-то в девять часов. И говорит: «Мама, все нормально». А мне соседка рассказала, что с лодкой беда случилась и двое погибло. Я давай звонить невестке. Она подтвердила. Рассказала, что по Десне плыло бревно. На улице четыре утра — еще серо. Лодка ударилась об эту корягу. Пассажиры повылетали. Олег говорит, когда оглянулся, так на воде плыли все. Потом уже на берегу посмотрел, а их только двое. Не слышал, чтобы Владик с Сергеем звали на помощь.
Нина Ивановна вспоминает, что в ту ночь Олег на работу не торопился.
— На душе у него тяжело было. Когда надо было выезжать, Владик все названивал Олегу: «Поехали скорей, поехали скорей». Его как тянуло. Наверное, так на роду написано. Ему как хотелось туда поехать. Раньше такого рвения не было. А Олег как-то не хочет и не хочет. Хотя он любил свою работу. Сейчас мне душа подсказывает, что Влад должен быть жив.
— Главное, что жив, — говорит мать Александра Нина Чередниченко. — Даже, если посадят, ничего.
Нина Степановна о беде узнала седьмого вечером.
— Со слов сына, они плыли. Наткнулись на что-то. Лодку накренило, и они вылетели в Десну. Саша глянул — все на воде. Олег крикнул: «Плывем до берега!». Поплыли к острову. Давай кричать, звать остальных, но их не было видно. Они поплыли обратно к берегу. Говорил, что добрались до Киселевки, позвонил начальнику. Саша — внештатный сотрудник. А Олег — штатный рыбинспектор. А еще сын вспоминал, что когда плыл, один сапог слетел. Так он и второй снял. Саша говорит, что даже подумать не мог, что кто-то не выплывет. Олег плыл впереди. Саша — за ним. Сейчас хлопцы наши убитые. Это же друзья были. Вместе собирались в Сибереже. Саша говорит: «Может, и мы виноваты. Может, оглянулся бы, не увидел на воде и кинулся бы спасать». Так пошел бы за ними. Мог тоже утонуть. Олег с Сашей семь недель постились, потом пошли поговели. Может, их Бог спас.
Рыбинспектора на этом участке работали всего месяц. Раньше на Днепре трудились, рядом с Любечем и Радулем.
Позвонила на мобильный и Александру, и Олегу.
Олег Крутько ответил:
— Обращайтесь к начальству. Я им все рассказал.
— Зона поиска расширилась, — комментирует сложившуюся ситуацию начальник управления «Черниговрыбохраны» Иван Сова. — Пошли на 15-20 километров вниз по Десне. Для поиска использовали эхолоты, донные сетки. Очень большое течение. Вода быстро прибывает. Да и глубина там около двенадцати метров. За мои четыре года работы подобный случай с инспекторами первый. Проводится проверка правоохранительными органами. Выжившие находятся на обследовании. После случившегося у них проблемы с нервной системой.
— Иван Михайлович, многие, кто вырос на Десне, живет у реки, уверены — инспектора не сами на дно ушли, им кто-то помог, напал.
Возможно, кто-то защищал свои сети?
— Мы эту версию даже не рассматривали. Потому что я доверяю своим людям, тому, что они рассказали.
Версию о том, что в лодке поссорились, тоже не рассматривали, хотя и обсуждали.
Виктория Товстоног, еженедельник "Весть" № 20 (550) от 16 мая 2013
Источник: gorod.cn.ua
Категории: Новости Киева Новости Чернигова
16.05.2013 12:28